Финал Гран-при-2019. Интервью с Евгением Злобиным

11 июня один из участников финала IX серии Гран-При -2019 ЕВГЕНИЙ ЗЛОБИН вернулся в Москву. Пока эмоции еще сильны, а память хранит множество деталей, решили узнать у Евгения о прошедших соревнованиях.

Евгений,  какие остались впечатления о поездке в Испанию? 

— Впечатления в целом очень хорошие.

Финал Гран-при с самого начала я воспринимал как работу, которую нужно выполнить максимально хорошо — все-таки были вложены немалые средства в то, чтобы я выступил.

Цели, которые стояли передо мной, были следующие: безопасное прохождение соревнований, сопоставление нашего текущего уровня с наивысшим уровнем, который представлен в финале Гран-при; проба сил в серьезном и незнакомом нам гоночном классе — 18 метров; достойная демонстрация флага если не в результатах, то во всем остальном — напомнить миру, что в России планеризм существует…

Это была, конечно, смелая авантюра, т.к. был нарушен один из основных принципов подхода к развитию пилота-спортсмена: двигаться шаг за шагом. То есть на соревнованиях может быть новым что-то одно – место, условия или планер. Здесь же пришлось соревноваться одновременно в новых условиях, на новой для себя матчасти и в новом месте. Для меня это стало проверкой предела своих возможностей, некий личный вызов: испугаюсь или нет? упаду — не упаду?

Сейчас определенно могу сказать: «Не испугался! Не упал!» И уже только поэтому эта авантюра была для меня совсем небесполезной.

Что касается тезиса о ненужности полетов в горах для нашей сборной команды, то предпочитаю говорить о вкусе устриц после того, как их уже ел. Если кратко, то чтобы соревноваться в горах, нужен кратно больший объем подготовки на месте. В горах большое значение имеет конкретное место, где предстоит летать.

— Как проходила ваша подготовка к полетам в испанских горах?

— Я проделал немалый объем подготовки. Когда было принято решение о нашем с Володей участии, я отставил в сторону вообще все свои планерные мероприятия, и целый год посвятил подготовке.

Сначала в августе 2018 налетал 24 часа на Вентусе, чтобы привыкнуть к 18 м классу. Затем была поездка на Алтай для тренировки в горных условиях (вышло примерно 15 часов). Затем поездка на неделю в Ла Серданию для знакомства с районом проведении финала (тоже около 15 часов). Зимой проанализировал десятки треков с соревнований в Ла Сердании, одновременно в SeeYou и soariglab.eu. Почерпнул кое-какие тактические приемы и информацию, где набирают высоту при разном ветре. Весной еще 15 часов на Вентусе уже в конфигурации близкой к 48кг\м2 как того требуют условия финала Гран-при. 

Расскажите о подготовке непосредственно в Испании…

— Скажу сразу, что за неделю «туристических» полетов можно узнать о месте далеко не все. Идеально — предварительно поучаствовать там в каких-нибудь соревнованиях. Просмотра и анализа треков других пилотов оказалось сильно недостаточно. Перефразируя Виталия Быстрова, скажу, нужно, чтобы «скалы попу царапали»! Вот тогда станут понятны многие ключевые моменты об этом месте. И то, далеко не все.

Поэтому для нас тренировочные дни перед финалом стали «курсом молодого бойца», когда удалось узнать многие вещи, казавшиеся неочевидными, или наоборот, очевидными. Но это было заблуждение! Часть сил пришлось потратить задолго до первой гонки. Для меня, например,  они начались 29-го мая, когда я совершил первый более-менее длинный тренировочный полет, а для Володи и того раньше.

Каждый полет — на пределе концентрации! Мы совершали ошибки и пытались их усвоить. В следующий раз совершали новые, и цикл повторялся.

— За вас болели очень многие спортсмены. Вы чувствовали поддержку из России?

— Конечно. И всем огромное спасибо! Верхнехавскому Селекционно-гибридному центру за финансовую помощь, Ладе Баламут – комментарии, всем болельщикам за то, что поддерживали нас добрым словом.

Правда, встречались в чате и критические замечания. Например, такие: «Сомневаюсь, что они получили какой-то нормальный опыт» или «Смотрю че они делают и не понимаю почему, пытаюсь сам и ничего не получается». И вот с такими высказываниями согласиться не могу.

Гагл часто распадался уже после первого ТР и приходилось лететь самому. А потом на очередном ТР с удивлением обнаруживал ниже себя довольно сильных спортсменов. Но это было уже ближе к концу соревнований. Мне удалось прогрессировать по ходу, и это важно.

Я допустил только один откровенный срыв в пятой гонке (DNF в первой гонке был обусловлен соображениями безопасности. ТР был в зоне сильного ливня с возможным градом, и я не долетел до него 2 км). В пятый день не мог сконцентрироваться с самого начала. Видимо, сил уже не осталось. Выложился в предыдущий день. Тут надо сказать, что я привык прислушиваться к сигналам своего тела и разума. Уж лучше 5 минут позора из-за «слитой» гонки, чем куча дров или того хуже… И когда все не заладилось прямо со старта, то предпочел слиться без особой борьбы, чтобы поднакопить силы на крайний день. И в результате в крайний день был очень близок к очковой зоне. Фактически сумей я встать с Себастианом в один поток, то весьма вероятно получил бы очки.

Однако, у такого прогресса «по ходу пьесы» я видел предел. Некоторые приемы топовых пилотов, которые я видел воочию и при анализе треков, я не стал бы даже пытаться повторять. Это все относится к работе вблизи рельефа. Это действительно другой уровень, который достигается сотнями часов горных полетов. Но даже не применяя этого, вполне можно было бы получить зачетные очки, если не совершать других ошибок.

— Расскажите о планере, на котором вы летали…

— JS-1 очень правильно назван «revelation». После всего, на чем доводилось летать, а особенно после наших Янтарей и ЛАКов это действительно откровение. По отзывам коллег по финалу, это самое лучшее, что можно было выбрать с нашим уровнем подготовки. 

JS-1 является очень дружественным к пилоту, предсказуемым, устойчивым и управляемым. Слияние с ним прошло быстро, а его производительность при 48кг/м2 (по условиям финала Гран-при) ничуть не уступает ни JS-3, ни Ventus-3. В третьей гонке он у меня «сожрал» Лак-17 в полёте вдоль риджей с легкостью необыкновенной. Однако воспользоваться всем этим великолепием по полной, на финишном спурте, не получилось в силу вышеназванных причин.

—  Независимо от результата, который вы показали с Владимиром Радовским, сам факт участия российских спортсменов в финале Гран-при дорогого стоит…

— На первом брифинге Спракли сказал примерно следующее: «Это соревнование, но это и шоу. Давайте не забывать об этом и делать это шоу вместе». Ну, такое себе шоу, с элементами экстрима, как и положено по закону жанра. Но в этот раз организаторы приложили массу усилий для повышения безопасности. Всячески призывали спортсменов не рисковать понапрасну, давали вполне посильные упражнения по погоде, без необходимости излишне рисковать для достижения явного преимущества.  И в результате происшествий по нулям. Это здорово!

Но необходимо четко понимать, что мы чужие на этом празднике жизни отборочный этап на равнине на планерах Янтарь-стандарт и финал в горах в 18-метровом классе — это разные вселенные! Это такой себе полузакрытый клуб прожженных горных гонщиков. Кроме всего прочего, тут решаются вопросы конкурентной борьбы производителей планеров. В этом году Себастиан Кава отстаивал честь Джонкер, а Тило, соответственно, своего Шемпп-Хирт.

Мы сейчас объективно не готовы на равных участвовать в таких мероприятиях, а подготовка стоит очень дорого и занимает много времени. Имеет ли это смысл в дальнейшем, можно будет понять из того, насколько наше участие было интересным для аудитории, насколько этот эвент продвинет среди нашей общественности желание летать и соревноваться, в т.ч. в горах. Да и что касается себя лично – решусь ли в будущем на повторение такого приключения? Сейчас определенно сказать обо всем этом еще трудно. Должно пройти немного времени. Большое видится на расстоянии.

А продолжать участвовать в системе отборочных этапов, я думаю, нужно.

Заметили ли вы какие-то интересные фишки, которые можно будет применить у нас в Усмани в следующем году на российском отборочном этапе? 

— В сравнении с финалом 2019 г организация нашего этапа в Усмани видится на очень высоком уровне. У нас организация быта и питания участников, уровень сувенирной продукции определенно лучше, чем на финале. А авиашоу на закрытии вообще вне конкуренции! Соответственно, привлекаемая аудитория зрителей на месте тоже в разы больше.

Другие моменты, как минимум, на уровне. Это трекинг и трансляции, метеообеспечение, судейство. Из 19и участников финала трое отобрались на нашем этапе! Да и Себастиан крайний раз отбирался тоже у нас в 2016г.

Нам необходимо создать условия для привлечения большего числа иностранных сильных пилотов, чтобы престиж российского этапа повышался, и не приходилось нашим неподготовленным спортсменом ездить на финал лишь потому, что не приехали сильные и не обыграли нас.

В общем, отборочный этап мирового Гран-при является наиболее «лайтовым» способом организовать у нас международные соревнования и поддерживать престиж страны в среде международной планерной общественности, находить друзей и налаживать связи с коллегами из других стран.

admin